Реклама
Posobie.info – полезный сайт для родителей Введите номер пособия и выиграйте ценные призы!
Войти
Регистрация
I триместр
II триместр
III триместр
Первые недели
Малыш до года
От года до 3 лет
От 3 до 7 лет
Читай
Общайся
Выигрывай
Сервисы
Фотоконкурсы
Правила форума
Форум / Детская психология /

О ЧЕМ МОЛЧАТ ДЕТИ ( Марина Лукьянова)

Нажмите, чтобы просмотреть личную страницу БУМ145
Бела,  Москва 
– – – – – – – – – – – – – – – –
Чтобы установить себе персональный девиз, оставьте на форуме 500 сообщений Успей сделать сегодня-ведь завтра будет уже поздно
Тавус (20.04.2006)Арслан (24.10.2008)
На сайте: c 4 декабря 2008
Рейтинг: 631
– – – – – – – – – – – – – – – –
Постоянный участник
– – – – – – – – – – – – – – – –
Рано или поздно родителям приходится задавать себе непростой вопрос: насколько мне доверяет мой ребенок?[/color]
Почему ребенок стал запираться в комнате? О чем они там часами болтают по телефону? Ему всего двенадцать, что же будет дальше? А вдруг дурная компания?

Панические вопросы накапливаются и клюют мамино темечко. И мама, улучив момент, внимательно изучает личный дневник дочери, заглушая голос совести словами: «Я должна понимать, что происходит с моим ребенком». Читает переписку сына… приходит в ужас: он там матерится! — и сердито выговаривает ему. Ребенок не внемлет. Напротив, он орет: «Хватит за мной шпионить!» — и скрывается в комнате. И всякую попытку узнать, отчего он печален или над чем так смеется, встречает в штыки: это не твое дело!

Родители, попадая в эту ситуацию, неизменно теряются, хотя проблема стара как мир. Все подростки в определенном возрасте перестают доверять авторитету родителей, начинают скрытничать. Теперь взрослые ничего не значат, а мнение приятелей определяет все. Это — естественный этап взросления, но для родителей он, как правило, становится тяжелым экзаменом: жесткой проверке подвергается вся их воспитательная работа.

— Мне стало неинтересно разговаривать с мамой еще лет в десять, — делится преподаватель Татьяна Колесова*, сама уже мать. — Я ее спрашиваю о чем-нибудь, а она отделывается отговорками: «утро вечера мудренее», «тебе рано еще это знать», «шла б ты лучше на столе у себя убрала». Со временем я и сама перестала ее спрашивать: зачем, если с тобой все равно не будут говорить по-человечески? А потом, когда она нашла у меня под подушкой неотправленное любовное письмо к мальчику и стала говорить, что приличные девушки так себя не ведут, я вообще потеряла охоту с ней разговаривать. Мы стали нормально общаться, когда я уже взрослая была. Со своими детьми я стараюсь серьезно обсуждать все, что их волнует. Я хочу, чтобы они мне доверяли.

Родители часто забывают в своих педагогических порывах об одном из главных правил общения с ребенком: о безопасности доверия. Если ребенок решил поделиться со взрослым чем-то важным, нельзя жертвовать его доверием ради сиюминутной нотации. «Я как-то сказала маме, что мне нравится мальчик Саша, — рассказывает историк Лариса Стрижова, — а она через несколько дней, когда на меня разозлилась — за дело, кстати, — стала кричать, что Саша какой-то мне важнее, чем мать родная. И потом я, конечно, ей уже не рассказывала ни про Пашу, ни про Сережу, я даже не хотела ей говорить, что замуж выхожу».

Эти обиды помнятся долго, моим собеседникам уже далеко за тридцать, а подростковые микротравмы по-прежнему причиняют боль, хотя на родителей зла ни кто уже не держит.

Когда ребенок вступает в младший подростковый возраст, он выходит в большой мир и ищет в нем свое место. Доверять взрослым ребенок будет избирательно, не все, да и то если в семье уже были сформированы взрослые, доверительные отношения.

Теперь подростку нужно много личного пространства: он не ваш, хотя вы помните каждую складочку под коленочками. Он — самостоятельная личность. У него есть та же потребность в личном пространстве и личной тайне, что и у взрослых. Его личные границы пролегают там же, где наши: личные вещи, дневники, переписка, в том числе электронная, архивы SMS-сообщений — неприкосновенны!

— У нас нет права на душу ребенка, — говорил известный российский педагог Симон Соловейчик, автор книги «Педагогика для всех». Он советует не устраивать ребенку допросов и разоблачений: «....Разоблачая ложь, мы гордимся своей проницательностью, но меньше любим ребенка, и он меньше любит нас».

Но как же так? Он же катится в пропасть!

Ужасно, но факт: насильно не осчастливишь. Если до сих пор ребенка воспитывали правильно, если семейные ценности обладают в его глазах прежним обаянием и ценой, если он уважает родителей и доверяет им, дешевые соблазны не переборют то го, что в нем заложено. Родители не смогут прожить жизнь за ребенка, они смогут толь ко любить его и поддерживать. Некоторые ошибки дети должны сделать сами — и принять их последствия.

Да, но если он де лает фатальную ошибку? — возразят родители.

У каждого свои представления о фатальных ошибках: одним кажется непоправимым уход из десятого класса, другим — отказ от поступления в престижный вуз, третьим — замужество, четвертым — армия. И взрослеющих детей тянут насильно — в счастливое мамино будущее, пишут им курсовые, покупают дипломы и квартиры, умоляют преподавателей о пересдачах, зарабатывают в поте лица и везут на своем горбу своих больших детей и отказываются верить, что делают это для себя, продолжая стелить соломку, чтобы не ушибся малыш ростом метр восемьдесят.

И все же фатальные ошибки случаются. Бывает, ощущение «никто меня не любит, никому я не нужен» гонит ребенка на поиски любви и самоутверждения, заставляет рисковать здоровьем, добрым именем, а то и жизнью, и будущим. Бывает, одиночество внушает мысли закончить все и навсегда.

Но это не случается внезапно, среди общего благополучия: ребенок долго подает сигналы бедствия — надо уметь их читать. У кого-то неблагополучие обращено вовне: ребенок хамит, дерется, прогуливает уроки, убегает из дома, кажется жестоким и злым. У других агрессия направлена внутрь, на себя. Чувство вины и депрессия не так заметны: ребенок прячется за закрытыми дверями, уходит в Интернет, но неладное видно по плохому настроению, по тоске в глазах, по вялости, по проблемам со сном и аппетитом. И тут нужна осторожность и деликатность. И чаще всего — профессиональная помощь.

А может быть, за закрытой дверью происходит совсем неожиданное: наши дети, домашние и родные, связанные страшной клятвой никому ничего не говорить, пытаются изо всех сил решать недетские проблемы своих друзей, сбежавших из дома, избитых родителями, попавших впросак из-за дурацких пари, перепуганных и растерянных. И здесь ключом к решению проблемы оказывается безопасность доверия: ребенок должен быть уверен, что родители поймут, помогут, не разболтают, не навредят.

Только это и помогает: не вторгаться назойливо в личное пространство подросших детей. Разговаривать с ними не менторски, а просто потому, что приятно поговорить с интересными и умными собеседниками. Рассказывать о себе, своих наблюдениях, без намеков — просто так, по-дружески. Откровенность влечет за собой откровенность. А когда дети начнут нам что-то рассказывать, прикусить себе язык, не оценивать и не занимать позицию «я лучше знаю»

— Мне Машка на днях рассказала, что в нее мальчик влюбился, — говорит Татьяна Колесова. — Я так обрадовалась! Все-таки она мне верит.
Последний раз редактировалось: Natrix (29 октября 2009 | 21:22), всего редактировалось 1 раз
Оценить
Форум / Детская психология / О ЧЕМ МОЛЧАТ ДЕТИ ( Марина Лукьянова)
Показать панель форматирования
Предварительный просмотр
Показывать смайлы
Я читал и принимаю правила общения на сайте
Сообщать мне о получении ответов в этой теме